Высоцкий. «Где-то в чужой незнакомой ночи»

Документальный фильм

Весь мир за пределами советского «железного занавеса» был для Владимира Высоцкого не только запретным плодом, как для любого гражданина СССР. Это был символ свободы — место, где дышится по-другому — и полигон для захвата...

Большинство зарубежных поездок Высоцкого так или иначе связано с его женой Мариной Влади. Именно она смогла добиться почти невозможного — Высоцкому дали практически бессрочную выездную визу. Для этого Марине Влади даже пришлось вступить в Коммунистическую партию Франции.

Высоцкий стал «выездным». Он часто бывал во Франции, а также — в Польше, Венгрии, Италии и даже в США. Знакомился с людьми, пытался понять, как они живут, чем дышат. Возможно, даже втайне завидовал тем, кто живет по другим законам, позволяющим творить свободно, без оглядки на власти. Но при этом он каждый раз неизменно возвращался домой. Это многих удивляло — в том числе и советских функционеров, и сотрудников КГБ, которым было поручено приглядывать за певцом.

Впервые советские власти всерьез заволновались, когда Высоцкий и Влади отправились из Парижа в Нью-Йорк. В СССР эту поездку никто не разрешал и потому сотрудники советского посольства в Нью-Йорке не на шутку встревожились — не вздумает ли этот актер с имиджем бунтаря и возмутителя спокойствия попросить в США политическое убежище?

Они волновались зря. Высоцкий выступил с большой серией концертов, на которые валом валила иммигрантская публика в Америке и Канаде. Высоцкий повстречался с Иосифом Бродским, в тот момент уже Нобелевским лауреатом и общепризнанным гением (Бродский потом сказал, что это была встреча с настоящим поэтом, «покруче Маяковского»). И — снова вернулся в Россию.

Помимо жены у Высоцкого за границей появлялись друзья — в том числе и очень близкие, задушевные. Польский актер Даниэль Ольбрыхский и венгерский режиссер Марта Мессарош часто встречались с ним в разных странах — в Польше, в Венгрии, во Франции. Они знали о Владимире и Марине очень многое, именно поэтому в нашем фильме эти два человека станут постоянными комментаторами истории его странствий.

Однажды на Королевской площади в Варшаве они заметили контейнер для сбора пожертвований на восстановление возвышавшегося здесь некогда дворца. Высоцкий опустил в ящик 100 долларов, Влади — старинное кольцо. Оба плакали. Теперь дворец, у которого Даниэль Ольбрыхский рассказывает в нашем фильме об этом эпизоде, восстановлен во всем блеске…

Высоцкий чувствовал себя за границей свободным и все же чужим. Он с трудом говорил на иностранных языках. Русскоязычная публика его встречала на «ура», но коллеги по цеху зачастую не принимали. Однажды, в аэропорту Лос-Анджелеса он увидел Джека Николсона, поспешил к нему подойти — и натолкнулся на стену непонимания. Николсон, любимый актер Высоцкого, принял его за очередного надоедливого поклонника. Об этом случае Высоцкий потом рассказывал не без юмора, и все-таки с обидой. Да, его здесь не поймут. Всемирная слава пройдет стороной. Возможно, поэтому временами он уходил в тяжелые запои. Влади стоило больших трудов снова и снова приводить его в чувство. Иногда ей даже удавалось уговорить мужа лечь в клинику, но и это лечение особых результатов не давало. Многие из наших собеседников вспоминают о незабываемых застольях в компании с Высоцким. Однажды в знаменитом ресторане «Распутин» Высоцкий с компанией раздал выступавшим там цыганам деньги, на которые можно было купить новый «Мерседес».

…Впрочем, отчасти Высоцкий переживал зря. Его знали. Его понимали.

В Италии, куда он приехал с Мариной и сел поужинать в одном семейном ресторанчике у знакомых — его владелец Дарио Торкачели до сих пор вспоминает, как Высоцкий неожиданно для всех начал петь.
И в Польше, где он в последний раз на гастролях играл Гамлета, превозмогая свой недуг.
И в Венгрии, где режиссер Марта Мессарош сняла про него большой документальный фильм, пользовавшийся феноменальным успехом. Марта до сих пор уверена, что ей посчастливилось общаться с гением и пророком.

В фильме также приняли участие:
Борис Бергман, французский продюсер Высоцкого, благодаря которому появились парижские пластинки, впервые дает интервью на эту тему;
Габриэлла, хозяйка ресторана Otello Alla Concordia, в котором состоялось импровизированное выступление Высоцкого во время его пребывания в Риме, тоже впервые на телевидении;
Никита Высоцкий, сын Владимира Высоцкого;
Эрнст Неизвестный, художник и скульптор, друг Высоцкого;
Виктор Шульман, американский продюсер Высоцкого;
Леонид Лубяницкий, американский фотограф;
Константин Казанский, французский певец и композитор, аккомпаниатор Высоцкого во время записи парижской пластинки;
Борис Мессерер, театральный художник, муж Беллы Ахмадуллиной, друг Высоцкого.

Фото

Владимир Высоцкий. Монолог